Ф. обратилась в суд с иском к Администрации муниципального образования «Монастырщинский муниципальный округ» Смоленской области о признании права собственности на жилой дом в порядке приобретательной давности.

В обоснование заявленного требования указано, что с 1991 года стала проживать в данном доме с супругом Ф., дом был приобретён ими по договору купли-продажи, но никакого письменного документа не составлялось. Так как на дом документов не имелось, то и зарегистрироваться в нём никогда не были, проживали без регистрации. В 2014 году супруг стал оформлять земельный участок под домом, был сделан межевой план, Администрацией муниципального образования была утверждена схема земельного участка под домом. Земельный участок был поставлен на кадастровый учёт, однако право собственности на земельный участок оформлено не было, поскольку  супруг Ф. умер. С 1991 года она проживает в данном доме, супруг проживал с 1991 года до своей смерти, она и супруг являются добросовестными владельцами дома, оплачиваются все коммунальные платежи, в доме производился ремонт, окна заменены на пластиковые, установлена новая дверь, с 1991 года никаких претензий от других лиц не поступало, право собственности на спорный жилой дом ни за кем не зарегистрировано.

Представитель ответчика указал, что не возражает против удовлетворения заявленных Ф. требований, признаёт их, последствия признания иска разъяснены и понятны.

Поскольку признание представителем ответчика заявленных Фроловой Л.М. требований основано на законе и не нарушает законных прав и интересов других лиц, суд на основании ч. 3 ст. 173 ГПК РФ принял его и вынес решение об удовлетворении  требований Ф.